Abstract:
Автор в стиле печатного импрессионизма, местами сюрреализма,
анализирует учение о составе преступления как воспроизведение
конструкта четырёх причин бытия, разработанного Аристотелем.
При этом показывает, что практическое соединение с уголовным
процессом преобразует состав преступления в «эйдос» Платона. От-
сутствие же законного публичного регулирования превращает всё это
в жреческое тайное знание, а правосудие — в ритуал quasi расправы
в силу невозможности его понимания простым наблюдателем.
